Политика

Editor

Кому нужны крестовые походы?

В Иордании недавно прошла ассамблея Совета Церквей Ближнего Востока. Положение христиан на территориях Сирии и Ирака стало главной темой мероприятия. Участники отметили, что невероятные испытания, которые здесь испытывают последователи Христа, поставил сам факт существования христианства в этом регионе под вопрос. С 2003 года — с момента начала войны в Ираке, число христиан в Ираке сократилось с 1,5 млн. человек до 150 тысяч и продолжает сокращаться. Следующей страной, в которой могут быть обречены на исчезновение еще более 1,5 млн. христиан, становится Сирия. Возможно ли избежать этого сценария только военными методами? Едва ли.
 
Стремительное распространение терроризма и религиозного экстремизма привело к тому, что в некоторых из ближневосточных стран (прежде всего в Ираке и Сирии), христианские общины стремительно сокращаются. Так, еще в начале XX века христиане на Ближнем Востоке составляли 25% от общего числа населения региона, а сегодня их менее 1%.
 
Для того, чтобы понять причины нынешнего бедственного положения ближневосточных христиан, оценить ситуацию разносторонне, а не просто эмоционально увидеть ее как некий беспричинный "всплеск ненависти" джихадистов, необходимо обратиться к истории. То, что ислам отнюдь не запрограммирован на уничтожение последователей Христа убедительно свидетельствует хотя бы то, что после распространения исламского господства на ближневосточные провинции Византии (нынешние Египет, Сирия, Палестина) христиане и мусульмане там столетиями мирно сосуществовали друг с другом. В суре 19 Корана четко говорится о статусе "зимми", то есть христиан и иудеев, которые живут на мусульманской территории, но находятся под защитой. Потому что платят налог - джизья. Посетителям синайского монастыря св.Екатерины монахи до сих пор охотно демонстрируют грамоту, лично заверенную отпечатком ладони пророка Мухаммеда, в которой христианской обители гарантируется защита.
Из истории известно, что ухудшение положения христиан на исламском Востоке совпадало с периодами военного обострения. Так было и во времена крестовых походов, и после вторжения западной коалиции в Ирак. Похожая ситуация наблюдается сейчас и в Сирии, внешнее вмешательство в дела которой мусульмане-сунниты рассматривают как продолжение крестовых походов. В таких ситуациях мусульмане, которым еще недавно и в голову не пришло бы поднять оружие на своего соседа, исповедующего веру в Христа, уже начинают видеть в христианах врагов - "пятую колонну" Запада. И ненавидеть.
 
Полезно обратиться в этом смысле к истории отношений между христианами и мусульманами на Ближнем Востоке. Эпоха крестовых походов подробно описана в древних летописях, широко освещена в научных трудах, стала излюбленным сюжетом для кинематографа. Менее известно, что нашествие крестоносцев повлекло массовую гибель христиан, веками проживавших на этой территории. Мирные жители становились основными жертвами стычек крестоносцев и магометан, обозленных вторжением полчищ "освободителей Гроба Господня". Запершись в своих крепостях, рыцари были не в состоянии защитить землю и мирных жителей от огня и меча мстительных сарацинов, которые отыгрывались на христианах, и в которых они видели сообщников иноземных агрессоров. Похожая ситуация наблюдается и сейчас. Да и бомбы предназначенные ИГИЛ, не делают разницы между мусульманином и христианином. Тем, кто сейчас призывает обнажить "меч веры" в защиту ближневосточных христиан, и искать решения сирийской проблемы лишь с помощью силы, следует помнить, что именно эпоха крестовых походов стала переломным моментом в истории ближневосточного христианства. Составляя в XI в. едва ли не половину населения Сирии и Палестины, они уже через 200 лет превратились в замкнутые конфессиональные группы, островками вкрапленные в безбрежное исламское море.
 
С ИГИЛа ли началось ухудшение положения христиан в Сирии? Мне довелось побывать в этой стране незадолго до начала там гражданской войны.

В Сирии, суннитской по преимуществу стране, правит светская диктатура алавита Башара Асада. Но христиане здесь со времен поражения от арабских мусульманских армий в битве при Ярмуке более 1300 лет назад продолжали оставаться приниженным меньшинством. Последователей Иисуса в мусульманской Сирии до начала гражданской войны было 16% населения. Они принадлежат к разным конфессиям. Преобладают православные, но есть также католики, яковиты (монофизиты), армяне. Но уже тогда, до начало братоубийственной сирийской бойни численность христиан неуклонно уменьшалась. Если в начале ХХ в. общее количество сиро-яковитов определялось в 150 000 человек, то к 2010 году древнейшее течение в христианстве насчитывало в этой стране не более 80 000 верующих. Благодаря сильной эмиграции, росту антизападных и антихристианских настроений, которые особенно усилились с началом войны в Ираке, а также некоторым "особенностям" сирийского законодательства и системы образования, количество христиан в стране продолжало неуклонно уменьшаться и при Хафезе Асаде, и при нынешнем правителе - Башаре.

Формально христиане и мусульмане там равны в своих социальных, экономических правах. Но главой государства по конституции может быть только мусульманин. По этой причине, кстати, даже алавит - "великий и ужасный" Хафез Асад - в свое время вынужден был заручиться поддержкой исламской фетвы (духовного постановления), объявлявшей его конфессию ответвлением шиизма. Признаются браки, заключенные мусульманином и христианкой. Однако сириец-христианин не может вступить в брак с сирийкой-мусульманкой. В области образования также заметно неравенство. В христианских школах ученики в обязательном порядке изучают исламскую культуру и историю. Однако ни слова не говорилось о христианстве в стенах учебных заведений, куда ходят мусульмане. Таковы особенности сирийской модели сосуществования религий при правлении алавитской династии Асадов, пришедших кстати к власти в результате военного переворота в этой суннитской по преимуществу стране.
 
Разумеется, война значительно обострила проблемы сирийских христиан. И сравнить тогдашнюю, мирную и нынешнюю кошмарную ситуацию нельзя. Но назвать религиозным нынешний конфликт нельзя. "Вменяемая" сирийская оппозиция не преследует цели уничтожения христиан и выступает за светскую форму правления в Сирии. То, что фанатики ИГИЛ не одержат победы в Сирии очевидно уже сейчас. И дело здесь не только и не столько в бомбежках антиигиловской коалиции, сколько в нежелании самих сирийцев, воспитанных на светских традициях погружаться в средневековую тьму исламского фанатизма. Необходим внутрисирийский диалог, а не бомбежки для того, чтобы объединиться как христианам, так и мусульманам против общего врага - ИГИЛ, и положить конец кровопролитной братоубийственной бойне в этой стране.
 
При этом, придавая своему участию в сирийской кампании характер "похода в защиту единоверцев" Кремлю не следует забывать, что более 20 млн. россиян исповедуют ислам. Бомбардировки суннитской оппозиции вызывают далеко не восторженные чувства среди них. Тем более, что от бомб ВКС гибнут не только боевики, но и мирные жители - в том числе и женщины, дети. Военный союз Москвы с "сектантским" (по мнению мусульман) алавитским режимом в Дамаске, запятнавшим себя репрессиями против суннитского большинства Сирии, способствует радикализации мусульманской общины России, росту исламистских настроений. Дальнейшая поддержка Кремлем прогнившего дамасского режима, и тем более под знаменами "христианского джихада" рискует стать бомбой, заложенной под саму Россию.

Сергей Путилов 
журналист, писатель-востоковед
 

Автор

Editor
Редакция

Комментарии

comments powered by Disqus