Политика

Editor

Президент Мишель Аун: новая версия «ливанского чуда»

Многие восприняли это как новую версию «ливанского чуда»: бывший главнокомандующий армии 81-летний генерал Мишель Аун 31 октября был избран 13-м президентом Ливанской Республики после двух с половиной лет президентского вакуума, который довел до истощения институты власти, общественную мораль и экономику страны. За Ауна проголосовали 83 депутата из 127. Всего в ливанском парламенте 128 членов, но один из них незадолго до голосования подал в отставку.

Избрание Мишеля Ауна приветствовал Евросоюз, а также США, которые подтвердили продолжение программы помощи ливанской армии – а это один из приоритетов в политике Ауна, о котором он заявил в своем обращении, произнесенном сразу же после принесения конституционной присяги.

Среди первых, кто поздравил его, были иранский президент Хасан Роухани и глава сирийского государства Башар Асад; что вполне нормально с точки зрения тех, кто считает избрание Ауна победой оси «Сирия-Иран».

Маронитский патриарх, католические Церкви Сирии – в том числе греко-мелькитский патриарх Григорий III Лахам – также положительно отреагировали на это избрание.

Превозносимый своими сторонниками, критикуемый значительной частью общества, Мишель Аун смог победить благодаря историческому компромиссу между «Ливанскими силами» – основной христианской партией, основной суннитской политической силой – возглавляемым Саадом Харири «Движением за будущее» и основной силой друзов – Прогрессивно-социалистичекой партией, которую возглавляет Валид Джумблат. Поначалу его поддерживало только самое мощное шиитское объединение Ливана – «Хезболла».

Несмотря на всеобщее ликование после избрания президента, Свободное патриотическое движение, которое основал Мишель Аун – блестящий офицер и на редкость целеустремленный политик, – должно теперь сопротивляться искушению чрезмерно положиться на это «чудо».

Поворотный пункт в президентском кризисе – это не «великая победа», будь то для «Ливанских сил», «Хезболлы», «Движения за будущее» или для партии Валида Джумблата. Все эти силы были вынуждены пойти на уступки, которые сделали возможным избрание Ауна. Кажется, главным победителем можно назвать дух внутренних и региональных компромиссов, который сделал возможным избрание.

По словам одного из высокопоставленных западных дипломатов, избрание Мишеля Ауна президентом Ливанской Республики открывает новую, полную надежд, фазу в политической жизни Страны кедров.

Президент республики, который ранее мог играть лишь роль арбитра или вовсе занимал второстепенное положение, стал «сильным человеком» своей общины. Именно ради этого Мишель Аун в свое время систематически блокировал парламентский кворум по другим кандидатурам, которые стали бы «слабыми» президентами, зависимыми от мусульманских политических лидеров.

«Марониты всегда были бунтарями, -- говорит дипломат, на которого мы ссылались выше. – Ради достижения своих целей Мишель Аун, вне всякого сомнения, использовал средства, противоречащие конституции, но битвы, потрясавшие Ливан, никогда не соответствовали демократическим принципам».

Чтобы понять то, что кому-то может показаться невозможным, наблюдателям нужно заглянуть в будущее, принять более широкую позицию, понять, что политических деятелей определяют уже не их качества или недостатки, а та самая динамика, которая привела и к власти.

На самом деле, разрешение ливанского президентского кризиса является частью регионального геополитического контекста. Ливанский компромисс вполне может стать моделью и примером, которому надо следовать.

Арабский мир – это театр глобального конфликта, разрывающего ткань исламской общины, разделяя их на шиитов и суннитов. На фоне разделений, порожденных войной в Йемене, и тупика сирийского конфликта, а также включения Саудовской Аравией «Хезболлы» в список террористических организаций, проиранская «Хезболла» и просаудовское «Движение за будущее» вдруг решили поддержать одного и того же политика-христианина в качестве кандидата на пост президента Ливана.

В то же время не следует переоценивать решение о том, чтобы встретиться и обсудить формирование правительства, в котором были бы представлены обе стороны.

Кроме того, следует признать, что Ливан оказался способен заявить о себе как об идеальном месте для этого компромисса благодаря своему политическому единству, которое устояло в самых тяжелых условиях; благодаря безопасности в стране и непроницаемости ее границ невзирая на угрозу исламского терроризма; и, наконец, благодаря внутреннему диалогу, за который вступили «Хезболла» и «Движение за будущее».

По мнению процитированного нами выше западного источника, в региональном контексте последние события в Ливане стоит, скорее, рассматривать как «аперитив», а не как «заключительный десерт».

«Теперь мы должны надеяться, -- добавляет источник, -- что Мишель Аун знает, как избежать ошибки, которую совершили «Братья-мусульмане» в Египте, что он не будет стремиться уничтожить другие политические силы и не погрязнет в бесчисленных битвах – а выберет мудрость и гибкость, сделает ставку на разумное партнерство, а не на силу мускулов».

Как это принято во всем мире, прежде чем выносить свое суждение, мы должны дать новому ливанскому президенту классические сто дней, в течение которых первым шагом станет формирование правительства национального единства.

Фади Нун

2 ноября 2016

Перевод «Благовест-инфо»

 

Источник: AsiaNews/Благовест-инфо

Автор

Editor
Редакция

Комментарии

comments powered by Disqus