Политика

Editor

Россия нуждается в раскрепощении хозяйственной инициативы народа

В последнее время в России все чаще говорят о необходимости «левого поворота», а с началом экономического кризиса в России даже политики, относящие себя к «либеральному» лагерю, заговорили о «социальной защите». Стала популярной ностальгия по временам застоя, и уже раздаются призывы «учесть позитивный опыт социализма» с его «социальной защищенностью» и «уверенностью в завтрашнем дне»

Ковбой протягивает мальчику конфету: «Сиротка, на конфету». Мальчик отвечает: «Я не сиротка, вон стоит мой папа». Ковбой вынимает пистолет, стреляет, папа мальчика падает замертво. Ковбой протягивает мальчику конфету: «Сиротка, на конфету».

Из анекдотов о Диком Западе

Конечно, социальная политика в современной России необходима. Деградация образования и здравоохранения, мизерные пенсии, упадок целых регионов, малых городов и русского села – все это реальные и насущные социальные проблемы.

Но имеем ли мы дело с проектом решения этих проблем или с очередным опасным социальным экспериментом, на сей раз по построению «социализма» в интересах властных структур и сросшихся с ними корпораций и клановых «деловых кругов»? Под разговоры о необходимости усиления роли государства малый и средний бизнес выжимается на обочину в интересах сложившейся «элиты». Не предлагают ли власть и деньги имущие обществу окончательное закрепление неприкосновенность своих позиций и отказ от права на хозяйственную (а ровно и политическую, культурную, религиозную и иную) инициативу в обмен на некую видимость «почти-советских» «социальных гарантий» (столь неотразимо соблазнительных перед лицом нарастающего кризиса)? Тем более, что воспоминания об относительно благополучных годах «застоя» заслоняют в памяти наших сограждан память о 1930-1950-ых годах с их лишениями, тяготами, приговорами за «опоздание на работу», «колоски» и.т.д. Социалистическая власть в России была подобна ковбою, застрелившего папу, и давшего сиротке конфету. Сначала социалистическая власть лишила граждан России самостоятельных источников существования, отобрав у них не только собственность, но и само право «свободы промысла» - то есть права самостоятельно зарабатывать себе на жизнь, а затем «из закромов Родины» по копеечке стала раздавать «пайки» и «подачки». Когда социальная политика проводится на средства «с барского плеча», то требовать качественного образования, медицинской помощи, пенсий не имеет смысла: «пайковая система» предполагает позицию «бери, что дают». Не предлагают ли нам нечто подобное, только в ещё более ущербном варианте?

Совсем иное отношение к социальной политике сложится, если понять, что все богатство страны создается трудом и инициативой народа, что именно благодаря этому труду и инициативе возможно само существование государства, что именно часть этого богатства, созданного трудом и инициативой народа, через налоговую систему идет на поддержание социальной сферы. Государство есть не бюрократическая машина, щедро оказывающая благотворительную помощь «бестолковому населению», а политически организованный народ.

Именно солидарность сограждан позволяет поддерживать образование и здравоохранение, выплачивать пенсии, пособия и.т.д., поэтому граждане имеют право не получать подачки от власть предержащих, а требовать построения эффективной системы социального призрения в России.


Главной проблемой экономической политики современной России является не проблема распределения, а проблема производства.

Социалистические власти России знали, что производство первично, а распределение вторично, и что тот, кто контролирует производство, контролирует и распределение. Именно поэтому они закрепили за собой монопольное право на производство, собственность и труд своих сограждан, а трудящимся и их представителям в лице профсоюзов оставили право распределять выделяемые на их долю блага (не забыв при этом создать для себя закрытые спецраспеределители).

Все оппоненты социалистической власти в России: от левых социалистов до крайне правых националистов признавали, что монополия власти на средства производства приводит к закрепощению народа, поэтому центральным пунктом всех оппозиционных политических программ было раскрепощение хозяйственной инициативы народа, возвращение изъятой у него собственности и «свободы промысла». Эти программы могли отличаться в своем отношении к крупной частной собственности – от поощрения до полного запрета, могли признавать или отрицать необходимость политических свобод в будущей России, но в необходимости раскрепощении индивидуальной и коллективной хозяйственной инициативы граждан, поддержки малой частной и кооперативной собственности были едины все. Проблема «молодых реформаторов» 1990-ых годов была не в том, что они говорили о приоритете производства над распределением, в этом они были совершенно правы. Ошибка «молодых реформаторов» была в том, что они, будучи наследниками социалистических властей и разделяя многие их заблуждения, принесли восстановление массовой народной собственности и «свободы промысла» в жертву созданию сверхкрупных частных предприятий, превратившихся в настоящее время в частно-государственные монополии, пожинающие свою жатву благодаря своему монопольному положению, и приносящие баснословные прибыли своим владельцам.

В трагическом 1917 году Россия сошла с пути своего эволюционного развития, предполагавшего в том числе и «свободу промысла», свободу для хозяйственной инициативы народа и, отказавшись от многоукладной собственности, полностью утратила их. Подавление хозяйственной инициативы народа в СССР произошло не в один момент. Еще в 1960-ые годы в СССР насчитывались сотни тысяч крестьян-единоличников, только в 1960 году были окончательно ликвидированы производственные кооперативы, инвалидные и иные артели (создавшие, в числе прочего, знаменитое спортивное общество «Спартак»). Роль и значение этого, фактически частного, сектора в экономике до- и послевоенного СССР ещё нуждается в осмыслении, многие факты нашей истории выглядят в свете этой роли совершенно иначе. Лишь в 1960 году в УК РСФСР появилась знамения статья 153, приравнивавшая предпринимательскую деятельность к уголовному преступлению. В этом отношении СССР оказался далеко впереди «стран народной демократии».

Плоды этих решений Россия пожинает и доныне. Даже между 1960-ым и 1985-ым годом лежит целое поколение, а ведь членами артелей в 1960-ом была только малая часть нашего народа. А между 1930-ым (годом «Великого перелома» и разрушением НЭПа) и 1985 годом лежит целых два поколения. Этого вполне достаточно, чтобы утратить всякие навыки, а главное и склонности к самостоятельной хозяйственной инициативе, что мы и наблюдаем в наши дни (мы имеем в виду не воровство, взяточничество и иные сходные явления, которые расцвели полным цветом, но к хозяйственной инициативе не имеют никакого отношения).

Именно поэтому и все попытки использовать опыт других стран в развитии «малого бизнеса» терпят в современной России неудачу. Более того, использование зарубежного опыта, как это часто происходило в истории России, вновь играет с нами злую шутку. Развитие бизнеса в современной России напоминают развитие бизнеса в России в XVIII - начале XIX веков: льготные условия для крупного бизнеса и отсутствие льгот для бизнеса малого и при полном отсутствии навыков и умения работы с собственностью как у населения, так и у властей. В ходе реформ 1990-ых годов выбор был сделан в пользу ускоренного формирования крупных капиталов. Этой цели служила как ваучерная приватизация, так и последующие залоговые аукционы. Приватизация предприятий шла целыми «кустами», в результате возникли крупные финансово-промышленные группы (ФПГ), именуемые иначе «олигархическими империями». Малая собственность как основа малого бизнеса при этом не создавалась.

Малые предприятия ничего от приватизации не получили, более того, они были принесены в жертву идее быстрого формирования крупных капиталов.

Поэтому ответ на вопрос «почему воз и ныне там», очень прост. Возрождение малого бизнеса в современной России возможно только при активном содействии государства, а современное российское государство искренне не понимает, зачем нужен малый бизнес.

Все разговоры о содействии развитию малого бизнеса ведутся только для приличия, чтобы не потерять лицо: ведь во всех развитых странах есть программы содействия малому бизнесу, значит, должны быть и у нас.

Куда сложнее дать ответ на вопрос, как «сдвинуть воз с места». Конечно, для начала надо захотеть его сдвинуть, однако одного желания помочь малому бизнесу недостаточно. Следует осознать всю сложность стоящей перед Россией задачи и, приняв мировой опыт для сведения и определения стратегии направления реформ, попытаться сформулировать собственную политику содействия развитию малого бизнеса, адекватную современной ситуации. Помощь в формулировании такой политики может оказать изучение опыта Российской Империи и России в период НЭПа в 1920-ые годы, и конкретных условий принятия тех или иных решений.

Укажем только на некоторые узловые проблемы, которые должны быть учтены при разработке такой программы.

1. Естественная эволюция малого предпринимательства в современной России невозможна ни по условию малых предприятий в современной России возможно только при активном содействии государства, однако такое содействие требует последовательности решений.

Привлекательным в опыте Российской Империи являются именно единство политики, ее долговременность и непрерывность, постепенная деконцентрация власти, обеспечивающая своеобразное «обучение» местных властей. Развитие бизнеса было одной из составляющих внутренней политики, увязанной с другими составляющими ее частями, в частности, созданием местного самоуправления. «Сильная вертикаль» Министерства Внутренних Дел, ответственная за развитие на территории, действовала практически непрерывно на протяжении всего XIX и начала ХХ веков, постепенно передавая полномочия нижним этажам, создав к началу XX века эффективные городские и земские общественные управления.

К сожалению, в современной России, несмотря на все разговоры о вертикали власти, вертикали власти не существует, скорее сделана попытка восстановить советскую систему управления через правящую партию. В стране отсутствует Министерство Внутренних Дел как особое министерство, ответственное за проведение целостной внутренней политики, и сохраняется характерное для СССР отраслевое управление.

2. Важным в опыте Российской Империи является и понимание роли самоуправлений, на территории которых единственно и могут начать производиться товары и услуги вне монополизированного государственного сектора, хотя при этом можно опасаться серьезных нарушений, вызванных малым профессионализмом и отсутствием соответствующей идеологии власти самоуправлений, все еще реально отчужденной от интересов населения.

Решить эту задачу возможно путем разработки соответствующего законодательства и обучения функционеров исполнительной власти. К сожалению, местное самоуправление в современной России переживает непростые времена, так как государство искренне не знает, зачем это местное самоуправление ему нужно.

3. Что касается уникального опыта 1920-ых годов по имитации естественного развития в малые сроки за счет специально созданных аппаратных структур, включенных в советское устройство, то и здесь много расхождений с современностью, препятствующих простому заимствованию. Разрыв между жизнью в условиях многоукладной собственности и рынка тогда был мал и составлял не более двух лет.

Речь шла о восстановлении недавно утраченного. Сегодня, после полувекового перерыва приходится говорить о создании условий принципиально новых для населения и властей. Население в ту пору сохранило навыки и умения, и возврат к привычному укладу жизни проходил относительно легко, несмотря на серьезный страх перед новой национализацией и ограничением в правах. Сегодня навыки и умения утрачены и их формирование, связанное с глубокими изменениями в общественном сознании, требует значительной и продолжительной работы и борьбы с устойчивыми стереотипами советского мышления.

Что касается властей, то в их составе в 1920-ых годах сохранились кадры российских городских и земских деятелей, специалистов самоуправлений и хозяйств коммун. Сегодня в корпусе власти всех уровней преобладают «старые опытные кадры» Профессионалы власти, как таковые, отсутствуют.

Не совпадают и стратегические задачи 1920-ых годов и нашего времени.

Тогда стояла задача использовать мелкие предприятия и самоуправление «коммунального хозяйства» как опору для становления крупного социалистического государственного производства. Сегодня стоит задача формирования многоукладного бизнеса при наибольшей проблемности бизнеса малого и необходимости преобразования крупного и среднего производства.

Поэтому прямое использование опыта 1920-ых годов оказывается в настоящее время невозможным, как и расчет на повторение его кратких сроков. И все же опыт имитации развития заслуживает внимания едва ли не большего, чем зарубежный. Помимо сопряжения с чисто российскими особенностями, привлекательны сам прием имитации естественного развития и сопряжение с советским устройством, ушедшим из сегодняшней жизни только на словах. Не следует пренебрегать совершенством советской системы, безупречной в достижении поставленных целей и чрезвычайно устойчивой против любых изменений.

4. Наконец, необходимо учесть и опыт развивающихся стран, где задачи развития бизнеса решаются одновременно с созданием или восстановлением бизнеса.

В этих странах признается важная роль неформального бизнеса, не всегда официального, чаще всего семейного, малоэффективного, но являющегося, во-первых, средством для жизни большой массы населения, а во-вторых, служащего базой для развития бизнеса в будущем.

Обозначенные проблемы показывают, что возрождение малого бизнеса в России неразрывно связано с глубокими преобразованиями всех сторон отечественной жизни, а это куда более сложная задача, чем принятие очередного Указа или Закона. Придётся преодолевать сопротивление властных и деловых структур, стремящихся монополизировать всю хозяйственную деятельность, в целях, далёких от альтруизма. И все же закончить мы хотим словами Александра Александровича Рыбникова, одного из инициаторов возрождения отечественной кустарной промышленности, написанными им в 1922 году, когда страна лежала в разрухе: «Труден почин в деле возрождения страны. Где взять необходимые силы – средства? Но начинать надо. В работе вера крепнет, силы и средства прильют»

.


Материалы РХДП

Автор

Editor
Редакция

Комментарии

comments powered by Disqus

Комментарии ВКонтакте