Политика

Editor

Страх и нищета Европы

«Над "христианскими" государствами, этими старыми готическими лавочками, все еще возвышается кое-где полусгнивший деревянный протестантский или ржавый медный католический крест, но никто уже не обращает на них внимания. Религия современной Европы – не христианство, а мещанство». Нет, это не слова какого-нибудь ведущего ток-шоу на современном ТВ (хотя кавычки в слове «христианские» могут кого-то и ввести в заблуждение, настолько часто они применяются нынче к тем, кто думает иначе). Это цитата из книги Дмитрия Мережковского «Грядущий хам», написанной более 100 лет назад – в 1905 году.

«Мещанство победит и должно победить. Да, любезный друг, пора прийти к спокойному и смиренному сознанию, что мещанство – окончательная форма западной цивилизации, – цитирует далее автор Александра Герцена. – Если в Европе не произойдет какой-нибудь неожиданный переворот, который возродит человеческую личность и даст ей силу победить мещанство, то, несмотря на свои благородные антецеденты и свое христианство, Европа сделается Китаем» (А.Герцен, статья «Концы и начала», 1864 г.).

Недавняя серия терактов в Германии вновь дала повод для переживаний. Беспокойство за будущее Европы привычно распространилось на территории достаточно далекие от нее. Оно и понятно: как же не поддержать «христиан» (пусть даже и в кавычках), как не выразить обеспокоенность, нет, теперь уже не по поводу гей-загнивания или нравственной нищеты, постигшей Европу, и даже не по причине мещанства, которое должно было превратить ее в Китай еще полтора века назад; на сей раз переживания связаны с состоянием страха, в которое погружают европейцев прибывающие с Востока беженцы.

Мещане, конечно, волнуются. На то они и мещане. И боятся. Боятся ехать на Октоберфест в Мюнхен, боятся садиться в поезда, прогуливаться по улице вечером тоже боятся. Их покой нарушен, они успели привыкнуть к безопасности, а потому бьют тревогу, гремят во все колокола, начиная с политиков и заканчивая домохозяйками: «Мы так не хотим! Верните нам уверенность и спокойствие!»

«Страх, как ртуть, копится в организме. Проходят грусть и радость, а страх остается и умножается», – сказал как-то в интервью недавно почивший Фазиль Искандер, а затем добавил, – страх побеждается жестом». Как это жестом? И какой такой жест может вытравить из организма подобно ртути накапливающийся страх? «Совершенная любовь изгоняет страх, – подтверждает слова писателя Слово Божье, – потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви» (1 Иоан. 4:18).

Так может быть именно жест любви и есть тот жест, который способен победить страх?! Да, он, разумеется, вступает в прямое противоречие с мещанством, если уж оно, по мнению упомянутых философов, должно быть непременно побеждено, ибо несет в себе зародыш погибели. И все же, наверное, именно он может стать эффективным орудием, освобождающим от страха, а пережитые потрясения – «неожиданным переворотом, который возродит человеческую личность и даст ей силу победить мещанство».

На открытии Олимпиады в Рио-де-Женейро флаг небольшой команды спортсменов-беженцев, которые впервые в истории Олимпийских игр выступают вместе, несла 18-летняя Юсра Мардини. Эта девушка родилась в Дамаске в христианской семье, ее отец был тренером по плаванию и на плавательной дорожке девочка оказалась уже в три года. В 2012 г. она представляла Сирию на чемпионате мира. Когда жизнь в Сирии стала совсем невыносимой, семья решила бежать из страны. За 25 дней в дороге через Ливан, Турцию, Грецию, Македонию, Сербию, Венгрию и Австрию семья Юсры добралась до Германии. Самыми страшными, по свидетельству девушки, стали три с половиной часа одного из августовских дней прошлого (2015) года. Юсра плыла в эгейском море, толкая перед собой набирающую воду лодку с 18-ю людьми на борту. Благодаря Юсре и ее сестре все эти люди спаслись. С тех пор она очень боится открытой воды. Теперь Юсра живет в Берлине и снова занимается плаванием. На олимпийской дистанции 100 метров баттерфляем она не стала победительницей. Но главное для нее сейчас не победа, а участие.

Конечно, этот случай исключение. Безусловно, есть среди беженцев бандиты. И их немало. Есть и террористы. Полицейские говорят о сотнях попыток вербовки в ряды радикального ислама прямо на территории лагерей беженцев и даже в мечетях. Всё это есть. В противном случае не было бы поводов для тревоги. Но есть и другое. Христиане Швейцарии заявляют об относительно большом количестве беженцев, посещающих богослужения в евангельских церквах. Пастору Армину Мауергоферу (Armin Mauerhofer) пришлось организовать перевод проповеди на персидский язык, на собрания приходит регулярно не менее 60 беженцев.

Многие церкви Германии свидетельствуют о сотнях бывших мусульман, принявших этим летом святое водное крещение. Совершенная любовь изгоняет страх! Кто знает, может быть это последний шанс для проповедников Евангелия заменить полусгнившие деревянные протестантские кресты на церквах, столь пугавшие Мережковского, на более новые и сияющие. В конце концов, должно же хоть в чем-то проявляться христианство – не только, наверное, в выражении сочувствия единоверцам, вынужденным принимать беженцев-мусульман.

Борьба со страхом с помощью жестов любви, может принести в качестве бонуса не только победу над мещанством, но и послужить поводом для радости. От сознания того, что чья-то душа познала Иисуса Христа и примирилась с Господом. За любую победу нужно платить. Иногда дорого. Иногда очень дорого! Является ли страх (пусть даже и не всегда обоснованный) во время вечерней прогулки достаточной ценой за всё вышеперечисленное? Думается, что людям, читающим эти строки, пережившим времена, когда зимнюю шапку в каком-нибудь темном переулке могли снять вместе с головой, не особенно должен пугать темнокожий пассажир в электричке, щелкающий по клавишам своего гаджета...

Андреас Патц

Автор

Editor
Редакция

Комментарии

comments powered by Disqus